Skip to Content

Декомунизация- циничная имитация политической люстрации. Форма вместо сути. Отвлечение на негодный объект

 

Степан Хмара: Власть устроила имитацию процесса декоммунизации Украины

28 Апреля 2015, 

Также продолжается клоунада с судебным запретом деятельность КПУ

 

Степан Хмара Степан Хмара


Киев, Апрель 28 (Новый Регион, Анна Сергеева) – Прошло больше 10 дней после голосования в Верховной Раде за закон о запрете коммунистической и советской символики в Украине, но спикер Владимир Гройсман до сих пор не подтвердил его подписание. Умышленно замачивается информация о том, направлен ли документ на подпись президенту Петру Порошенко. Все это, как и «клоунада» с судебным процессом против КПУ и Петра Симоненко, говорит о том, что руководство страны идет на поводу у агентуры Кремля.

Об этом в ходе пресс-конференции заявил герой Украины, экс-нардеп разных созывов, советский диссидент Степан Хмара.

«С самых первых созывов Верховной Рады Украины предпринимались попытки декоммунизации и десоветизации. Тогда, учитывая состав парламента, так и не было принято решение о запрете Коммунистической партии в стране с последующей конфискацией активов коммунистов в пользу государства, – сказал Хмара. – Действующий парламент, не смотря на противостояние, смог принять решение о запрете коммунистической и советской символики, что необходимо для сохранения и реального становления независимой Украины. Но сегодня уже прошло больше 10 дней, но почему-то принятые законодательные акты в Раде о запрете коммунистической символики до сих пор не стали законом. Почему спит до сих пор парламент? Почему спикер не сообщает о том, что подписал закон и направил его президенту на подпись. Почему до сих пор этого не сделал глава государства? Естественно, мы видим, что пятая колонна внутри Украины, которая всегда была и никуда не исчезла, вновь подняла голову, опять втягивает всех в ненужную никому дискуссию о целесообразности подписания закона. Это недопустимо! А такая позиция руководства страны, когда информация о судьбе закона просто замачивается, когда все делают для отмены принятого решения, просто вызывает возмущение».

Петр Симоненко избран в президиум КПРФ

Герой Украины убежден, что на данный момент на самом деле происходит имитация процесса декоммунизации.

«Мы видим клоунаду с судебным процессом по запрету Компартии Украины. Процесс умышленно затягивают. Неужели СБУ не видит и не знает, как Петр Симоненко с экранов ТВ делает себе рекламу, хотя не секрет ни для кого, что он всегда был и есть представителем российской агентуры, работал и работает на уничтожение Украины, – возмущался Хмара. – Есть все основания, чтобы уже сегодня арестовать Симоненко, с последующим привлечением к ответственности. Почему до сих пор тот же Виктор Медведчук («Украинский выбор») не арестован? Неужели наше руководство запретив деятельность здесь агентуры другого государства, что сделали европейские демократические государства в свое время, не хочет тем самым кому-то «перейти дорогу»... Настоящие патриоты от «Просвиты» и других организаций не должны спустить все это на тормоза».

0
Ваш голос: Ні

Коментарі

Аватар користувача Дейниченко Володимир

Декомунізація Східної Європи

Декомунізація Східної Європи: чи правильним шляхом іде Україна

Денис Горбач,, 10 листопада 2015, 12:52

 

Початок процесу декомунізації в Україні потребує уважного осмислення того, як відбувалися аналогічні процеси у країнах Східної Європи.

Чи був цей досвід успішним? І що потрібно врахувати Україні?

"Європейська правда" відкриває дискусію на цю тему і готова вислухати різні думки.

* * * * *

Як проходила "декомунізація" в країнах Центральної та Східної Європи, які з того часу вступили до ЄС? Виявляється, її просто не було.

Більшість людей, які виросли в цих країнах, не розуміють навіть суті питання: слово "декомунізація" вони сприймають як процес відсторонення від посад на держслужбі людей, які заплямували себе співпрацею зі спецслужбами режиму, що існував до 1989 року.

Цей процес відомий під назвою "люстрація", введений у Чехословаччині, щоб уникнути політично неприємного терміна "чистки".

Комуністи – геть!

У 1991 році у Чехословаччині було прийнято закон, що забороняє протягом п'яти років обіймати керівні посади в державних структурах колишнім працівникам органів держбезпеки, міліції, а також партійним функціонерам районного рівня і вище. Після розпаду країни у Словаччині цей закон припинили виконувати на практиці починаючи з 1994 року, в Чехії теж багато хто виступав проти його імплементації, у тому числі головний герой "оксамитової революції", президент Вацлав Гавел.

Гавел заявив, що люстрація "була дітищем революції, і як така вже не є необхідною". Позначався і дефіцит управлінських кадрів.

Незважаючи на це, права більшість у чеському парламенті подолала президентське вето і продовжила термін дії закону до кінця 2000 року. При цьому у 1993 році парламент скасував термін давності для "злочинів комуністичного режиму": точніше, цей строк обчислюється не з моменту вчинення злочину, а з 1990 року.

Крім того, було ухвалено закон про відкриття доступу громадян до своїх "справ", що лежали в архівах спецслужб.

У Польщі люстрація не відбулася відразу, одночасно з чеською.

Новообраний прем'єр-міністр Тадеуш Мазовецький в 1989 році заявив: "Під минулим ми підводимо жирну риску. Відповідати будемо тільки за те, що зробили, щоб витягнути Польщу з нинішньої кризи". Багато хто сприйняв це як обіцянку, що жодної люстрації не буде.

У 1992 році Сейм все ж прийняв закон про люстрацію, але конституційний суд визнав його таким, що суперечить Основному закону. Новий закон на цю ж тему з’явився у 1996 році, але момент вже було втрачено.

Відтоді відбулася зміна поколінь у політиці "природним шляхом": президент Польщі Анджей Дуда під час передвиборної кампанії підкреслював, що він перший кандидат, який прожив доросле життя вже після 1989 року.

Люстраційні закони були прийняті в Угорщині (1991, йшлося про скасування строку давності для політичних вбивств в 1944-1990 рр.) і Болгарії (1992, заборона секретарям Компартії і професорам марксизму-ленінізму займати керівні посади в навчальних закладах і в місцевих органах влади), але в обох випадках їх скасували конституційні суди.

Власне, Чехія лишається фактично єдиним прикладом "декомунізації-люстрації".

В Україні про люстрацію в 1990-х роках не могло бути й мови. А закон про люстрацію, що був прийнятий після зміни влади в минулому році і викликає масу претензій у Венеціанської комісії, не стосується радянського минулого, та й взагалі не має прецедентів у східноєвропейській практиці.

Перейменування вулиць

Те, що розуміють під "декомунізацією" у нас – перейменування вулиць, знесення пам'ятників, демонтаж мозаїк і тому подібні перетворення публічного простору – у Східній Європі, як правило, не регулювалося якимось спеціальним законом.

В Румунії, Болгарії, Польщі, балканських країнах, Угорщині все це відбувалося на підйомі масових антикомуністичних настроїв у 1989-1993 рр., робилося силами місцевих громад і не потребувало спеціального законодавчого регулювання: у місцевої влади не було зобов'язань звітувати перед вищим керівництвом про кількість перейменованих бульварів, як у сьогоднішній Україні.

Власне, в нашій країні в той самий час проходили ті самі процеси – просто вони охопили не всю країну, а лише Захід, Центр і столицю. Примусових "декомунізаційних десантів" не було.

Примітним є приклад Хорватії:

на хвилі підйому націоналістичних настроїв і сербського вторгнення на початку 1990-х там вкоренилася ідея прирівняти комунізм до ідеології сербського панування – так само, як в Україні сьогодні багато хто вважає комунізм якоюсь "проросійською" ідеєю.

Під час війни з Сербією публічний простір у хорватських містах масово "декомунізувався", спонтанно і без законодавчої зобов'язалівки: перейменовували вулиці, зносили пам'ятники. Проте досі в Загребі, наприклад, є площа ім. Тіто.

 Демонтаж пам'ятника Дзержинському у Варшаві

На відміну від балтійських країн і України, хорвати не заборонили комуністичну символіку – заборонена тільки фашистська. Нічого схожого на наше цензурування книг і творів мистецтва (наприклад, гучна заборона книги Сергія Жадана через серп і молот на обкладинці) немає ані Хорватії, ані в більшості інших країн Східної Європи.

Найближчий аналог чогось подібного – польський Інститут національної пам'яті (ІНП) – використовувався правоконсервативною партією "Право і справедливість" як інструмент політичної боротьби. На окремих політиків вибірково знаходили компромат в архівах, у суспільстві штучно роздмухувалась тема антикомунізму. Але в останні 5-7 років вплив Інституту значно скоротився.

Треба сказати, що у всіх країнах, де є подібні структури – Чехія, Словаччина, Литва, Естонія, Румунія – ІНП не має статусу органу державної влади, це громадська організація, яка займається розкриттям архівів і політичних справ (часто розкриваючи, щоправда, лише політично зручну інформацію).

Втім, є винятки: авторитарний проросійський уряд Віктора Орбана в Угорщині у 2010-2012 роках виступив з ініціативою, що нагадує нинішню українську "декомунізацію": урядовий комітет видав довгий список історичних осіб, які підлягають вилученню з публічних просторів.

Як і в нашому випадку, список було складено безглуздо, в ньому опинилося багато діячів, які аж ніяк не мали б там бути, а деякі яскраві представники старого режиму, навпаки, під заборону не потрапили. Результат змішаний: наприклад, тепер у Будапешті не залишилося жодного пам'ятника видатному угорському філософу-марксисту Дьордю Лукачу (порожній постамент від одного з бюстів вдалося зберегти в будівлі Архівів відкритого суспільства, заснованих Джорджем Соросом), але пам'ятник поету-анархісту Аттілі Йожефу та вулицю, названу на його честь, громадськість все ж таки відстояла.

Мешканці – проти

Деякі перейменування викликали справжню бурю протестів: так було, наприклад, зі спробами перейменування вулиць Ендре Шагварі (комуніст-підпільник, вбитий жандармами у 1944 р.) і Лео Франкеля (учасник Паризької комуни, засновник Загальної робочої партії Угорщини) в Будапешті.

Угорська "декомунізація" 2010-х – процес, що якісно відрізнявся від спонтанних дій на хвилі ентузіазму на початку 1990-х: в цьому випадку ми маємо справу з піаром пропутінського уряду.

Щось подібне відбувається в Польщі протягом останніх десяти років: праві консерватори регулярно піднімають тему "декомунізації вулиць", намагаючись заробити на цьому політичний капітал.

В середині минулого десятиліття, під час правління "Права і справедливості", польський ІНП розіслав усім місцевим органам влади список "небажаних" історичних осіб. На карті Варшави таких виявилося 47.

Але керівники профільної комісії в міській раді, які представляли праволіберальну опозицію, кілька разів делегували це питання на розгляд районних рад, які регулярно висловлювалися проти – або взагалі не виносили рішень. Головний мотив – необхідність зміни документів для всіх мешканців, що мали нещастя жити на політично неблагонадійній вулиці. Влада була готова частково компенсувати громадянам фінансові витрати, але навіть безплатно ніхто не хотів простоювати дні в чергах в різних установах (банки, господарські суди тощо).

 

З роками список скоротили до 16 позицій, і цього літа експерти схвалили 10 із 16.

Щоб відповідне рішення було прийнято, троє з п'яти членів депутатської комісії, які виступали проти, утрималися при голосуванні, а двоє членів "Права і справедливості" проголосували "за".

Але і цього недостатньо: незважаючи на прийняте рішення, мешканці вулиці, названої на честь бригади ім. Домбровського, яка билася в Іспанії проти Франко, цього літа організували протестну кампанію. Їхня сторінка у Facebook називається "Геть руки від бригади Домбровського" (Łapy precz od Dąbrowszczaków).

В даному випадку йдеться не лише про побутові незручності, а й про принципову незгоду. Ця бригада була найбільшим з'єднанням іноземних добровольців, що воювали в Іспанії, після французів – вона налічувала понад 5 тис. осіб. Після військової поразки багато ветеранів були страчені НКВС, а Польща позбавила їх громадянства. Деякі ветерани бригади в 1944-му звільняли Париж. Її бійці посмертно стали почесними громадянами Іспанії.

Міська рада також отримала листа з проханням не перейменовувати вулицю Юліана Бруна – комуніста, міжвоєнного публіциста і літературного критика. Втім, в даному випадку обговорюється компроміс: перейменувати вулицю на честь Джордано Бруно, щоб місцевим жителям не треба було міняти документи.

Такий спосіб вирішення проблеми є досить популярним.

Так, вулицю Олександра Ковальського (діяча Компартії Польщі) перейменували на честь Олександра Ковальського (хокеїста довоєнного часу).

В такий спосіб місцева влада задовольнила політичні вимоги правих і позбавила звичайних людей клопоту. Інша вулиця змінила назву з Юліуша Рідігера (радянський розвідник) на Людвіка Рідігера (хірург).

Ще простіше, коли йдеться про дати: вийшовши на варшавську вулицю ім. 17 січня, одні згадають про дату входження радянських військ на польську столицю, інші – про повстання проти російського царя в 1863 році.

Заборона компартії

Ще один аспект "декомунізації" в сьогоднішній Україні – це заборона політичних партій і організацій, що містять "прокляте" слово в назві.

Щось схоже дійсно є в деяких країнах. Наприклад, ст. 13 польської конституції забороняє діяльність партій і організацій, в програмах яких згадується застосування тоталітарних методів і практик. Але це не заважає існуванню, наприклад, Комуністичної партії Польщі, чий статут і програма не містять жодних подібних згадок.

Комуністичні партії цілком легально існують у Словаччині, Болгарії, Румунії. Більш того, в Чехії – країні, що служить зразком для декомунізаторів, – Комуністична партія Чехії і Моравії на останніх виборах набрала 15% голосів, поліпшивши своє представництво в парламенті до 33 депутатів.

В Угорщині заборонені, як і у нас, будь-які партії зі словом "комунізм" чи спільнокореневими словами в назві. Через цей закон, прийнятий у 2012 році, Комуністична робоча партія Угорщини була змушена перейменуватися просто в Робочу партію. Однак цим її "декомунізація" і обмежилася.

Автор: Денис Горбач,

аналітик Інформаційної кампанії "Сильніші разом!"

Думаю, всім все зрозуміло?... Моє шанування.  В. Дейниченко

Аватар користувача Дейниченко Володимир

Декоммунизация в Одессе- таки да!

В Одессе в рамках декомунизации памятник Ленину превратили в Дарта Вейдера

Одесский памятник вождю мирового пролетариата Владимиру Ленину, который подлежал демонтажу в соответствии с политикой декоммунизации на Украине, превратили в героя фильма "Звездные войны" Дарта Вейдера. Об этом сообщили местные СМИ.

Автором скульптуры является одесский художник Александр Милов. Он провел работу над памятником после того, как сотрудники «Прессмаша» и жители прилегающих кварталов попросили видоизменить монумент, а не сносить в соответствии с законами о декоммунизации.

Этот памятник Ленину был сделан из гипса, и за годы своего существования основательно поистрепался. Милов укрепил статую, покрыл ее особым составом и добавил титановые «вейдеровские» детали, прикрепленные при помощи клея, используемого для работ в открытом космосе.

Скульптор надеется, что в будущем памятник будет привлекать туристов, а вокруг него обустроят зону отдыха. Сейчас возле Вейдера можно поймать сигнал Wi-Fi – в голову статуи вмонтировано соответствующее оборудование.





Думаю, всім все зрозуміло?... Моє шанування.  В. Дейниченко

Аватар користувача Дейниченко Володимир

ЗАПРЕТА НА ИДЕОЛОГИЮ ТО НЕТ...! Ленин жив!

Верховная Рада 9 апреля приняла четыре закона: о чествовании борцов за независимость Украины, увековечении победы над нацизмом, доступе к архивам спецслужб и осуждении коммунистического и нацистского режимов.

Наиболее существенными положениями являются признание ОУН и УПА борцами за независимость, осуждение коммунистического и нацистского режимов и их преступлений с запретом пропаганды их символики, а также необходимость переименования всех географических названий, связанных с деятелями коммунистического режима 1917-1991 годов.

 

Часть экспертов восприняли закон об осуждении коммунистического и нацистского режима как полный запрет коммунистической идеологии в Украине.

Также сразу распространилась мысль, что закон напрямую запрещает нынешнюю коммунистическую партию Украины.

Название закона указывает, что запрету подлежит коммунистический режим и его пропаганда. А дальше неоднократно указывается, что под коммунистическим режимом подразумевается режим, который существовал с 1917 по 1991 год.

При этом символами коммунистического режима являются деятели КПСС, а также ее предшественницы - Российская социал-демократическая партия (большевиков) РСДРП и Российская коммунистическая партия большевиков ВКП(б).

То есть, на учредителей самой идеологии коммунизма - Карла Маркса и Фридриха Энгельса - запрет не распространяется.

Символами коммунистического режима является и сама КПСС, и ее тогдашнее украинское отделение - Коммунистическая партия Украины.

Такое же название носит нынешняя Коммунистическая партия Украины, которая имела фракцию в прошлом созыве Верховной Рады, однако не преодолела избирательный барьер на досрочных выборах 2014 года.

Запрещенными символами стали гимн, герб и флаг СССР, а потому все организации, которые имеют эти символы на своих эмблемах, снимут с регистрации.

Это касается общественных организаций и партий: если в названии партии есть слова Коммунистическая партия Украины, эмблемами являются серп и молот, а в уставе - одобрение деятельности СССР и КПСС, то ее лишат регистрации.

«Если КПУ уберет герб - серп и молот, сменит название, чтобы не было идентичным названию компартии УССР, не будет оправдывать преступления тоталитарного прошлого, то сможет существовать», - заявил Владимир Вятрович.

Законы о декоммунизации распространяются на всю территорию Украины, но как скоро они начнут исполняться в Донецке, предсказать никто не может

При этом он подчеркнул, что коммунистическую идеологию закон не запрещает.

В свою очередь, коммунистическая партия Украины осудила принятие закона и обратилась к президенту с требованием наложить на него вето.

«Используем все правовые возможности, которые предоставляет конституция Украины, чтобы добиться отмены незаконных, антиконституционных законов, восстановить честное имя Компартии», - говорится в заявлении президиума центрального комитета КПУ.

Думаю, всім все зрозуміло?... Моє шанування.  В. Дейниченко

Аватар користувача Дейниченко Володимир

Глупость от бессилия

Парламентская «декоммунизация» Украины: глупость от бессилия

К вопросу о «декоммунизационных» законах. Глупая, да еще и неграмотная с правовой точки зрения инициатива, которая явно направлена на отвлечение общества от реальных проблем и зарабатывание политических баллов.

Это законодательное действие украинского парламента, как и похожие шаги парламентов других постсоветских стран (борьба с гомосексуализмом в России – из той же оперы), смахивает на один из механизмов психологической защиты – так называемое замещение (вымещение). Последнее, как известно, может проявляться по-разному. Скажем, маленький ребенок, у которого не получается доделать сложный рисунок, бывает, рвет в его клочья. Некоторые конфликтующие подростки, опасаясь последствий драки, предпочитают физической агрессии словесную. Недоступный объект вожделения люди замещают другим – отсюда, например, сексуальный фетишизм и другие, менее безобидные увлечения. Российские парламентарии, лишенные возможности реально вершить судьбы своей страны, управляемой авторитарным лидером, соревнуются друг с другом в придумывании экзотических законов, борясь то с ЛГБТ-сообществом, то с продавцами солдатиков, то с иностранным усыновлением, то с абортами, хотя каждому очевидно, что одна коррупция наносит обществу и государству несоизмеримо больше вреда, чем все перечисленное. Один взяточник, скажем в органах внутренних дел – куда опаснее самого развратного и приставучего гея. Но с коррупцией они сражаться не могут, вот и оттягиваются на несчастных меньшинствах.  

Что-то похожее, по всей видимости, происходит и в Украине. В условиях, когда борьба с агрессором явно зашла в тупик, а реформирование государственной машины проходит не так быстро и успешно, как хотелось бы, Верховная Рада решила сосредоточиться на более простых задачах. Самым доступным «мальчиком для битья» оказалась коммунистическая идеология, количество адептов которой осталось не так уж и много. В самом деле, боевики «ДНР» далеко и вооружены, их без больших потерь не уничтожишь, а коммунисты – вот они, даже не прячутся.

При этом народных избранников совершенно не смущает тот факт, что и оккупация Крыма, и попытка отделить восточные области осуществлялись отнюдь не под серпасто-молоткастыми красными флагами. Да и идеологию «новороссов» левой никак не назовешь (отдельные леваки в их рядах погоды не делают) – у них правят бал монархисты-черносотенцы и прочие ультраконсерваторы. Но, повторимся, эти граждане недоступны, поэтому удар решили нанести по давно уже успешно скатывающейся в маргинальность Компартии. Причем, обратите внимание, «декоммунизация» имеет все черты государственной кампании – принятию законов предшествовала истерия в СМИ, вызванная многочисленными сообщениями Службы безопасности Украины о «коммунистическом» следе в одесских и не только терактах. След не подтвердился – ни один член КПУ арестован не был, — но осадочек, как говорится, остался. В итоге публика почти рукоплещет «своевременной» парламентской инициативе.

Получилась замечательная штука. Флаги «новороссий», «ДНР» и «ЛНР», равно как и символика государства-агрессора, в Украине официально не запрещены. Хоть увешайся ими – максимум набьют морду, не посадят. А вот демонстрация символики почившей в бозе страны и потерявшей популярность партии почему-то признана уголовным проступком. И это лишь один из примеров идиотизма, проявленного нардепами.

Его в новых законах – море. Скажем, введение уголовной ответственности за демонстрацию той или иной символики, а также запрет на «оправдание» того или иного исторического события создает массу проблем целому ряду групп граждан, которые отнюдь не представляют угрозы для государства и общества. Что делать ученым, которые исследуют советский период нашей истории? Ведь далеко не все там достойно осуждения – думаю, это не будут отрицать даже самые фанатичные антисоветчики. Или в каждый научный труд вставлять обязательный абзац «автор данной работы решительно осуждает советский режим как преступный» — подобно тому, как в советское время монографию даже по химии положено было начинать главой с цитатами классиков марксизма-ленинизма?

Не стоит также забывать, что законодательные запреты часто приводят совсем не к тому эффекту, который от них ожидают авторы. «Сухой закон» порождает бурный расцвет бутлегерства и самогоноварения, борьба с легкими наркотиками и проституцией только кормит милицейскую коррупцию, а попытки изгнать из легального поля определенные идеологии и партии множит ряды их сторонников, которые вместо нормальной политической борьбы начинают заниматься разными нехорошими штуками – например, террором.

Меня лично, если честно, порядком утомила столь популярная в последнее время борьба со словами и символами. Уверен, что запрещать кому бы то ни было что-либо говорить, носить какие бы то ни было знаки, ленточки и флаги, писать статьи и книги, отрицать или признавать исторические факты – глупо, а главное неэффективно. Неужели кто-то всерьез думает, что уголовное преследование за свастику способно остановить рост ультраправых настроений? Что если запретить продажу «Майн Кампф» в магазинах, то наци перестанут нападать на чернокожих? Или что публичное осуждение георгиевской ленточки испугает российские спецслужбы и предотвратит новые попытки устроить «русскую весну» где-нибудь в Одессе? Кстати, все экстремисты отлично умеют маскироваться, если надо: помните, как на «Думскую» обрушились за критику кельтского креста на шарфике «Черноморца»? Мол, это ж не свастика какая-то!

В этом плане очень показателен опыт Соединенных Штатов Америки, где действует знаменитая первая поправка, устанавливающая абсолютную свободу слова.

В США совершенно легально функционируют и коммунистические, и нацистские, и сепаратистские организации и партии. Там можно устраивать марши со свастиками и портретами Сталина, проводить собрания с призывами к отделению Техаса и даже публично сжигать национальный флаг. Суть вопроса изложена в одном из судебных решений: «Если в основе Первой поправки вообще лежит какой-либо незыблемый принцип, так это то, что правительство не имеет права запрещать выражение той или иной идеи только потому, что общество находит данную идею как таковую оскорбительной или вызывающей неприязнь».

Грубо говоря, ты можешь публично выражать абсолютно любую позицию, даже если кто-то считает ее неверной, опасной или возмутительной. Закон на твоей стороне. Запрещено лишь оскорблять или угрожать кому-то персонально, ну и конечно, переходить от слов к делу.

Так, может, в Штатах от этой свободы разгул преступности и нацики вот-вот придут к власти?

В 2012 году в США было совершено 14827 умышленных убийств (4,7 на 100 тысяч населения) и 8 терактов, в результате которых пострадало 2 человека. В России, которая последовательно запрещает все, что не нравится консерваторам, — 13120 убийств (9 на 100 тысяч!) и 182 террористических акта, которые привели к гибели 159 человек. При этом количество особо тяжких преступлений в Штатах из года в год сокращается, в РФ же – наоборот, начало расти.

Как видите, запрещать можно все что угодно — на уровне насилия это особо не сказывается. Техас тоже не спешит объявлять независимость, а нацисты с коммунистами как не имели никакого влияния, так и не имеют. Даже Анжела Дэвис переключилась с классовой борьбы на защиту прав женщин и заключенных.

Так, может, нам все-таки стоит прекратить следовать примеру «старшего брата» и обратить внимание на более прогрессивные модели человеческого общежития? Словом, я надеюсь, что президент как гарант Конституции наложит на запретительные законы вето, и мы забудем об очередной глупой выходке Рады.

Автор – Олег Константинов, главный редактор «Думской»

Думаю, всім все зрозуміло?... Моє шанування.  В. Дейниченко

Аватар користувача Дейниченко Володимир

 //

Незвичайний сталінізм

Михайло Дубинянський, для УП _  06 листопада 2015,

 


98-ю годовщину большевистского переворота Украина встречает с Кировоградом, Днепропетровском, множеством не переименованных улиц и твердым намерением избавиться от остатков тоталитаризма. Цель, безусловно, похвальная. Хотя методы декоммунизации по-прежнему вызывают споры.

О чем свидетельствует мировая практика? По правде говоря, ни о чем.

Современная Германия – демократическая страна, и нацистская символика в ФРГ находится под строжайшим запретом.

Современная Италия – тоже демократическая страна, и на зданиях эпохи Муссолини преспокойно красуется фашистская символика.

В Польше и Чехии снесли коммунистических идолов, и в этих странах были проведены успешные рыночные реформы.

В Китае и во Вьетнаме председатель Мао и дядюшка Хо остались на пьедесталах, но и там были проведены успешные рыночные реформы.

Иными словами, преувеличивать роль символов в нашей жизни не стоит: есть более важные вещи.

Ритуальная декоммунизация в Украине нужна многим.

Это психологическая отдушина для активистов, симулякр перемен для власти, дополнительный фронт работ для чиновников, яркий информационный повод для журналистов. Но, к сожалению, подобная деятельность очень слабо связана с преодолением тоталитарного прошлого.

Ибо тоталитаризм – это не форма, а содержание. Это определенный стиль мышления, который может существовать независимо от внешней атрибутики. Он чрезвычайно живуч, и снос памятников ему не помеха. Нацистское мировоззрение прекрасно обходится без Гитлера и свастики, а сталинистское – без портретов Джугашвили и красных звезд.

Нас шокирует откровенный сталинизм, расцветающий в соседней России, – с прославлением Иосифа Виссарионовича, оправданием массовых репрессий и агрессивным "деды воевали".

Но что произошло, когда мы сами оказались втянуты в вооруженное противостояние? В Украине тут же начали проводить параллели со сталинской мясорубкой 1941-1945 годов. Воскресли все штампы советской пропаганды во главе с "Отечественной войной".

Когда обсуждалась целесообразность тех или иных шагов, в ход шли железные аргументы: "деды с Гитлером не торговали" и "деды с фашистской Германией не договаривались". Выяснилось, что тоталитарный СССР остается для многих из нас эталоном воюющей державы – образцом, на который должна равняться Украина XXI века.

Особенно ярко проявилось типичное советское ноу-хау: клеймо "был в оккупации", воспринимаемое как синоним предательства и не затрагивающее лишь героев-подпольщиков. Между тем основная масса живущих в оккупации – не герои и не предатели, а обыватели, озабоченные бытовыми проблемами и старающиеся адаптироваться к изменившейся обстановке. Так происходит всегда.

Выходит, позицию товарища Сталина в отношении целых этносов можно считать справедливой? Фото: nnm.me 

Не секрет, что после 1940 года подавляющее большинство французов не вступили в Сопротивление и не уехали к де Голлю, а приспособились к новому порядку и занимались своими делами. Но буржуазная парадигма позволяет человеку быть слабым, пассивным и безыдейным. А сталинистская – нет. Ты либо отважный советский патриот, либо пособник врага. Третьего не дано!

Именно такой подход оказался неожиданно популярен среди украинской общественности. В Крыму и на Донбассе могут жить либо герои, позирующие с желто-голубой символикой, либо подлые предатели. И поскольку массового героизма не видно, оккупированным регионам смело инкриминируется коллективная измена.

Кто-то скажет, что многие крымчане и донетчане действительно настроены против Украины. Да, это так. Но во время Второй мировой войны многие калмыки, балкарцы и карачаевцы действительно были настроены против Советского Союза.

Выходит, позицию товарища Сталина в отношении целых этносов можно считать справедливой? Ведь обобщенные клише "Донбасс-предатель" и "Крым-предатель" практически не отличаются от сталинских "народов-предателей".  

Итак, перед нами любопытный психологический парадокс. Одному и тому же человеку может быть отвратителен тиран Джугашвили, но близка война по-сталински – без послаблений, оговорок и буржуазных сантиментов. Как только Украина столкнулась с внешней агрессией, советский менталитет 1940-х возродился с удивительной легкостью. Что ж, в каком-то смысле это оправдано: тоталитарный СССР воевал успешнее, чем гнилая демократическая Франция.

Может ли пережить подобное возрождение и советский менталитет 1930-х? Вполне. Достаточно вынести за скобки усатого Кобу вместе с серпами-молотами, и мы увидим набор рецептов, подкупающих своей простотой, бескомпромиссностью и обманчивой справедливостью.

Сталинизм – это отношение к развитию страны как к войне. Фото: nnm.me

Сталинизм – это служение. Это вера в то, что каждый гражданин должен прежде всего служить народу, государству и Родине, а уж потом думать о себе. Сталинисту не докажешь, что общество способно развиваться на основе взаимовыгодных контрактов, когда каждый индивидуум преследует свои личные интересы.

Сталинизм – это перемены. В отличие от хомо советикуса, порожденного застойной эпохой и зацикленного на стабильности, сталинист жаждет быстрых и радикальных преобразований. Его идеалы – великий перелом и пятилетка в четыре года. Он уверен, что во имя светлого будущего допустимо любое насилие и любые жертвы.

Сталинизм – это бескорыстие. Это неприятие прибыли и наживы, презрение к делягам, торгашам и собственникам. И в то же время убежденность, будто труд на государство – даже заведомо убыточный – дело чести, славы, доблести и геройства.

Сталинизм – это боеготовность. Это жизнь под лозунгом "если завтра война, если завтра в поход". Подчинение всех сфер деятельности – от промышленности до воспитания детей – будущей вооруженной схватке. И, разумеется, постоянный поиск внутреннего врага: если он не сдается, его уничтожают.

Говоря вкратце, сталинизм – это отношение к развитию страны как к войне. И в нашем обществе подобная философия имеет все шансы на успех. Увы, для этого сложилось слишком много предпосылок.

Сегодняшняя Украина – очень бедная, отсталая и коррумпированная страна с низким уровнем экономической грамотности. Страна, уставшая от безнаказанности верхов и стосковавшаяся по смелым и волевым решениям.

Страна, пережившая кровопролитие и резкую девальвацию человеческой жизни. А, главное, Украина – это страна, обреченная еще долго балансировать на грани войны и мира, когда разница между оправданным и неоправданным насилием легко стирается.

Мы вынуждены искать свой исторический путь в экстремальных условиях. Стоит поддаться эмоциям, потерять зыбкий европейский ориентир, шагнуть в сторону – и вместо будущего Украина окажется в прошлом.

Туда тянут не коммунистические топонимы, а популизм, агрессия и безграмотность. Построить пародию на СССР восьмидесятилетней давности намного легче, чем кажется. Даже если в этой новой-старой реальности не будет ни советской символики, ни советских памятников. 

Михаил Дубинянский, для УП

Думаю, всім все зрозуміло?... Моє шанування.  В. Дейниченко



Отдых с детьми на море, Крым, Севастополь, Любимовка.